Опрос
Архив
  1. Если вы хотите познакомиться с новым оборудованием, что вы считаете более полезным?

    Семинар, который проводит диллер
     22 (56%)
    Специализированная выставка
     17 (44%)
Магазин
Все товары
Словарь

Сопротивление

- (обозначение R), свойство электрического проводника; вычисляется как отношение напряжения, прилагаемого к проводнику, к току, проходяще... Далее

Мы принимаем
Яндекс.Деньги

Джон Пиллоу: «Будущее концертной акустики будет весьма и весьма интересным»


На сегодняшний день основная тенденция в области проектирования концертных площадок – создание многофункциональных залов, чьи акустические характеристики позволяют проводить в них мероприятия самых различных жанров и типов. Традиционным, хоть и чрезвычайно дорогостоящим методом решения данной задачи являются фундаментальные архитектурные решения – раздвижные стены, оркестровые ямы, особые акустические камеры.

При этом, несмотря на свою высокую цену, они не позволяют добиться 100 %-ой адаптивности зала. По-настоящему же передовым и гибким решением сегодня является технология электронной акустики, изменяющая акустические характеристики помещения с помощью цифровых алгоритмов обработки звука и системы микрофонов и громкоговорителей.

Первопроходцем в этой сфере по праву считается американская компания Meyer Sound, создавшая электро-акустическую систему Constellation и с успехом внедряющая ее по всему миру. Мы поговорили с директором проекта Constellation Systems  Джоном Пиллоу о технологических тонкостях системы и перспективах ее применения в различных сферах.


Джон Пиллоу


Шоу-Мастер:
Джон, расскажите о себе, своем профессиональном и творческом пути. Как Вы пришли в мир музыки? С какими компаниями сотрудничали и что Вам особенно запомнилось в работе с ними? Каким образом попали в Meyer Sound?
Джон Пиллоу: Мои родители познакомили меня с миром классической музыки, когда мне исполнилось 5 лет: они регулярно водили меня на концерты для детей в Лондонский королевский фестивальный зал. Мне кажется, с тех пор я и понял, что хочу связать жизнь именно с музыкальной сферой. После окончания университета в 1974 году я получил работу в Decca Record Company, где первые четыре года стажировался в качестве инженера звукозаписи классической музыки.

Я сотрудничал с этой компанией 22 года – до 1996-го – и за это время сделал внушительное число звукозаписей в лучших европейских и американских залах с великолепной акустикой, включая знаменитый Musikvereinssaal в Вене. Отмечу, что обычно мы записывали звук сразу в режиме стерео, не прибегая к технологии многоканального микширования. Это один из секретов того, как нам удавалось получать великолепные результаты.

Appel Room. Джазовый Линкольн-центр, Нью-Йорк

Appel Room.  Джазовый Линкольн-центр, Нью-Йорк

Также мне довелось работать со многими знаменитыми артистами, включая легендарного тенора Лучано Паваротти. Еще в 1985 году, за много лет до того, как я ушел из Decca Record Company, я параллельно начал работать в качестве директора по звуку в команде сопровождения гастролей Паваротти. Я отвечал за звуковую часть концертов, проходящих на аренах и открытых площадках.

В должности звукоинженера и звукорежиссера FOH я был до тех пор, пока в 2005 году великий артист не ушел со сцены. 20 лет работы позволили мне достаточно тесно познакомиться с аппаратурой Meyer Sound, так как практически всегда Паваротти и «Три тенора» гастролировали именно с этой техникой. У меня сложились отличные отношения с Meyer Sound и лично с Джоном и Хелен Мейер, и в 2006 году я присоединился к их команде.

PeerGyntSalenGrieghallen-.jpg   ASBTheatre-.jpg

Peer Gynt Salen, Grieghallen. Берген, Норвегия                    ASB Theatre. Окленд, Новая Зеландия

Клайпедский Драмтеатр. Клайпеда, Литва   Концертный зал Nordea. Таллинн, Эстония

Клайпедский Драмтеатр. Клайпеда, Литва                            Концертный зал Nordea. Таллинн, Эстония


Ш-М: В Meyer Sound Вы работаете над развитием системы Constellation. Какова история ее создания?
Д. П.: Технологию, лежащую в основе системы, изначально разработал новозеландский докторант Марк Поллетти. В одном из разделов своей диссертации он описал систему переменной акустики помещений (Variable Room Acoustic System, или VRAS). Это было в 1994 году, и хотя с тех пор это направление получило большое развитие, технология Constellation, как и прежде, опирается на систему VRAS.

На рынке она появилась благодаря стараниям канадской компании LCS. В 2006 году Meyer Sound приобрела LCS, и в результате Constellation претерпела ряд изменений, превратившись в полный комплект оборудования, а также дизайнерских услуг и услуг по калибровке и настройке звука.

Я вошел в команду на этапе ее формирования в 2006 году и помогал разрабатывать систему, чтобы она стала тем инструментом, который будет радовать как музыкантов, так и аудиторию своим великолепным звучанием и невероятной гибкостью в настройке. В этом плане нашей команде очень пригодился мой профессиональный опыт в области классической музыки и звукозаписи.

Сегодня наша команда состоит из восьми экспертов, четверо из которых являются квалифицированными специалистами по акустике. На данный момент в мире эксплуатируется более 100 наших систем, и все они удостаиваются весьма лестных отзывов!

!-.jpg    Светлановский зал ММДМ. Фото Алексея Наседкина

Светлановский зал ММДМ. Фото Алексея Наседкина

Ш-М: На каких принципах базируется Constellation?
Д. П.: Нужно сразу оговориться, что смысл Constellation не в усилении звука. Система позволяет исправить дефекты акустики или создать иную геометрию зала, отличную от физической. Система совершенно независима от прочего АВ-оборудования и по сути выступает как часть зала, а не как один из элементов звукоусиления.

Работа Constellation базируется на двух составляющих. Во-первых, это уменьшение коэффициента звукопоглощения. С помощью микрофонов система «захватывает» энергию естественной реверберации зала и через алгоритм VRAS возвращает ее в то же пространство через многоканальное усиление и громкоговорители.

Вторая составляющая – увеличение объема помещения. Процессоры реверберации снимают сигналы с микрофонов в зонах изменяемой акустики и направляют их на процессор VRAS, где происходит обработка и создается диффузная реверберация либо ранние отражения.

Комбинация этих двух процессов позволяет создавать неограниченное число пресетов, каждый из которых содержит определенный алгоритм реверберации, адаптирующий звучание зала для конкретного типа и жанра мероприятия. Управление системой осуществляется либо с панели Meyer Sound MS-LEMUR на пульте звукооператора в зале, либо с переносного ПК или мобильного устройства при подключении к серверу.

Микрофоны над сценой. Фото Андрея Кузьмичева   Микрофоны над сценой. Фото Андрея Кузьмичева

Микрофоны над сценой. Фото Андрея Кузьмичева


Ш-М:
Из каких ключевых элементов состоит система? Каким образом происходит корректировка акустики?
Д. П.: Система комплектуется микрофонами Meyer Sound, установкой цифровой обработки сигналов D-Mitri и громкоговорителями. Оборудование монтируется в определенных точках сцены и зрительного зала. Так, микрофоны на сцене размещаются как можно ближе к исполнителям (обычно на высоте 5 метров), чтобы улавливать «прямую» энергию звука.

Микрофоны, размещенные в зале, выполняют совершенно другую задачу – они находятся вдали от исполнителей и улавливают только отраженный звук.
Звуки, которые улавливают микрофоны, подаются на процессоры цифровой обработки сигналов D-VRAS и D-Mitri в форме некоррелированных ранних отражений, а затем, после обработки, возвращаются в зал через громкоговорители.

При полноценном функционировании системы мы устанавливаем акустическую обратную связь, эффективно компенсируя поглощающие свойства поверхностей различных элементов концертного зала, что приводит к увеличению времени реверберации. И это только начало процесса. Мы также можем существенно увеличить реверберацию, используя процессоры VRAS, которые позволяют нам выстроить свой виртуальный зал внутри реального концертного зала, добавляя ему глубину и чистоту звучания.

Также мы снимаем ранние отражения микрофонами над сценой и затем перераспределяем их для музыкантов и аудитории по всему периметру зала, постепенно ослабляя их и увеличивая задержку. Эти ранние отражения звука существенны для достижения четкости восприятия, они важны как для взаимодействия между самими исполнителями, так и между исполнителями и аудиторией, позволяя всем присутствующим хорошо слышать каждый звук.

Светлановский зал ММДМ  Светлановский зал ММДМ

Светлановский зал ММДМ. Общий вид

Ш-М:
Расскажите поподробнее про ядро системы (алгоритмы, программное обеспечение, программную оболочку). Каким образом происходит виртуальное изменение пространства зала?
Д. П.: Многие наши алгоритмы являются коммерческой тайной, однако могу сказать, что 16-канальные процессоры VRAS, являющиеся техническим ядром системы, – это инвариантные по времени унитарные ревербераторы, способные воспроизводить естественно звучащую реверберацию в пределах от 0,5 до 4 сек. и более.

Как правило, мы монтируем 16 микрофонов и 30 громкоговорителей в каждой акустической зоне, причем в очень большом концертном зале таких зон может быть 5 и даже больше. В небольших помещениях мы ограничиваемся 16 микрофонами и 30 громкоговорителями.

Система Constellation управляется с помощью программного обеспечения Cue Station. Оно также используется при проведении многих театральных представлений по всему миру. В целом могу сказать, что все ПО и все аппаратные средства – плоды наших собственных разработок (кроме микрофонов).

Программное обеспечение Constellation и платформа D-Mitri позволяют нам изменять виртуальную высоту и ширину зала, а также яркость и теплоту звучания, его отчетливость (C80), время раннего затухания (EDT) и реверберации (RT), а также плотность и распределение ранних отражений звука (ER). 

Светлановский зал ММДМ
 
Ш-М: Constellation установлена на многих ведущих концертных площадках мира. При этом для каждого зала разрабатывается собственная, уникальная конфигурация системы. Какие факторы необходимо учесть при проектировке системы? В каких типах залов в принципе возможна установка системы?

Д. П.: Система Constellation – масштабируемая система, позволяющая оптимизировать акустику театров, концертных залов и других типов концертных площадок вне зависимости от их размера и конфигурации. Лучше всего она подходит для помещений с небольшим интервалом реверберации – в пределах от 0,5 до 1,2 сек. Небольшой интервал реверберации предпочтителен для разговорного жанра, рок-музыки и музыкального спектакля, поскольку звук становится более отчетливым.

В свою очередь, классическая музыка требует более длительной реверберации – до 2,5 сек., а для ряда направлений хоровой музыки – и еще больше. Constellation позволяет любую концертную площадку обеспечить прекрасной акустикой, которая подстраивается под требуемый жанр простым нажатием кнопки на цифровом пульте Crestron или AMX.

Как вы заметили, каждая система разрабатывается под заказ для конкретного помещения, в котором она будет установлена. Так, в первую очередь мы исходим из размера зала: в небольших размещаем меньше оборудования, в том числе меньше громкоговорителей; внушительные же пространства требуют большей мощности. Мы разработали очень точные схемы расчета, которые позволяют нам гарантировать отличную работу системы Constellation в помещениях любого размера.

Кроме того, учитываются также архитектурные особенности площадки и пожелания заказчика к дизайну помещения. Например, в некоторых случаях оборудование требуется разместить по возможности незаметно – тогда мы маскируем громкоговорители в профили стен и покрываем тканью, не влияющей на акустические характеристики.

Тут важно отметить, что мы не отнимаем работу у традиционных специалистов по акустике. Каждый проект реализуется в партнерстве с ними, а также с архитекторами, монтажниками, владельцами зала, опе-
раторами. Только слаженная совместная работа позволит создать системы, которые будут в полной мере соответствовать пожеланиям клиента и позволят исполнителям и аудитории наслаждаться безупречным звуком.

Одна из важнейших характеристик технологии – она может быть перенастроена в соответствии с новыми требованиями заказчика. Собственно, такая перенастройка, а точнее, «донастройка» заложена в алгоритм нашей работы. После первичного «озвучивания» зала мы оставляем систему работать на несколько месяцев или на год, после чего проводим повторную калибровку настроек – с учетом отзывов зрителей и исполнителей. Также мы внедряем решения, полученные в ходе эксплуатации Constellation в других залах по всему миру, и результаты регулярно проводимых нами научных исследований.

Ш-М: Обратимся к российскому опыту установки Constellation. В России ваша система представлена в единственном экземпляре – в Московском международном Доме музыки. Были ли какие-либо сложности в процессе проектирования, монтажа и настройки системы в Светлановском зале Дома музыки?

Д. П.: Ситуация со Светлановским залом была весьма неординарна. С момента открытия Дома музыки его главный зал вызывал нарекания в плане акустики – музыканты и зрители отмечали проблемы с распространением звука в районе сцены и партера.
А после установки органа (самого большого в России) оказалось, что его огромные возможности не могут быть в полной мере реализованы в имеющихся акустических условиях. Энергия, идущая со сцены, просто исчезала – стены отражали звук вверх вместо того, чтобы возвращать его в зал. Интервал реверберации составлял 1,8 сек., при этом ранние отражения и ранняя звуковая энергия полностью отсутствовали.

Решение об установке Constellation в Доме музыки было принято по рекомендации Владимира Спивакова – в свое время маэстро смог по достоинству оценить работу системы, когда дирижировал в концертном зале Nordea в Таллине. Конечно, мы были рады взяться за эту работу.

При проектировке системы для Светлановского зала сложнее всего было решить задачу размещения оборудования на сцене таким образом, чтобы оно не портило то общее настроение, которое создает вид органа. Обсудив этот вопрос с администрацией зала, мы договорились смонтировать систему из 8 громкоговорителей Stella на выдвижных подвесных креплениях российской фирмы «Гелла».

Когда техника не используется, ее можно убирать – управление лебедками интегрировано в модуль настройки Constellation. Монтаж такой аппаратуры в постоянно эксплуатируемом концертном зале – нелегкая задача, но наши партнеры из Digital Sound Systems (DSS) в Москве проделали потрясающую работу, уложившись в сжатые сроки.

Реализация всего проекта заняла примерно шесть месяцев – с июня по ноябрь 2012 г. Основные работы по установке элементов системы были проведены в период летнего затишья между концертными сезонами. Процессорная часть (DSP, блоки входов/выходов и дополнительное оборудование) размещена в двух рэковых шкафах: один находится в запотолочном пространстве, а другой, отвечающий за микрофоны и громкоговорители у балконов, – в студии звукозаписи на другой стороне зала.

В системе применяется два типа сетей: контрольная соединяет основные управляющие модули, а сеть передачи звука стандарта AVB – процессоры с блоками входов/выходов. В зале установлено 48 микрофонов – 32 в основной части зала и 16 над сценой. В памяти системы 12 пресетов – Organ, Long Symphony, Short Symphony, Choral Music, Chamber Music, Amplified Rock и др.

Благодаря установке системы удалось достичь нормальных показателей реверберации и добавить ранние отражения, что позволило существенно увеличить чистоту звучания и создать более благоприятную рабочую атмосферу для музыкантов. Также мы устранили недостаток низких частот в зале и сделали звук более плотным. Была озвучена ранее мертвая зона под балконами. В результате музыканты оркестра, впервые сыгравшие после включения системы, сразу же отметили существенные улучшения в акустике зала.

Ш-М: Давайте поговорим о ближайшем будущем концертной акустики. Какие тенденции вы могли бы отметить? Следует ли нам ожидать массового распространения электроакустических систем? Если да, то значит ли это, что архитектурное планирование акустических характеристик концертных площадок на стадии их строительства скоро уйдет в прошлое? В каком вообще направлении, на ваш взгляд, будут развиваться технологии в ближайшие 5-10 лет?

Д. П.: Что я могу сказать наверняка, так это то, что концертные и театральные площадки и дальше будут строиться с акцентом на физическую акустику, и это хорошо, поскольку лучшие из таких площадок выступают для нас в качестве эталона. В то же время в мире существуют миллионы площадок, не обладающих достаточными объемами для надлежащей реверберации и соответствующей акустической гибкости. И мы с удовольствием придем на выручку таким залам и поможем им качественно улучшить характеристики звучания.

Несмотря на то что область применения активной акустики расширяется, потребность в высококлассных архитекторах, монтажниках-консультантах и акустиках не исчезнет. Как мы говорили, они продолжат работать над физической акустикой зала. Кроме того, такие специалисты необходимы для проектирования и установки системы Constellation. В целом я не думаю, что сложившийся на сегодняшний день порядок работы в нашей отрасли в одночасье изменится, так что все существующие профессии будут востребованы независимо от того, в каком конкретно направлении будет развиваться подход к акустике залов.

При этом перспективы бизнеса адаптивной акустики предельно ясны. Возможность проводить мероприятия разговорного жанра, театральные представления, рок-концерты, а также концерты джазовой и классической музыки в рамках одного помещения с высококачественной акустикой весьма и весьма привлекательна, это позволяет сделать концертные площадки действительно многоцелевыми, а значит, определенно будет востребовано на рынке.

И наконец, сфера применения наших услуг постепенно расширяется. Так, сегодня технология Constellation все чаще востребована в корпоративных (офисных) помещениях, ресторанах, в лекционных залах и залах заседаний в качестве системы усиления звука. Ее возможности здесь безграничны! Уверен, в ближайшие десятилетия электроакустическая архитектура будет широко распространена и повсеместно признана. Более подробную информацию об этих и многих других сферах применения Constellation можно получить на веб-сайте Meyer Sound: www.meyersound.com.

Так что будущее концертной акустики и акустических систем представляется мне весьма и весьма интересным!СохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранитьСохранить